Вода: Запад и Восток
May. 1st, 2009 02:33 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
i_eron2. Гномы в наших глазах
Если двигаться из Ближнего Востока на северо-запад, в Европу, то годовое количество осадков будет постепенно расти, а годовая испаряемость - падать. Где-то по дороге есть граница, до которой всё сохнет, а после которой - мокнет. Это - граница между культурами, черта оседлости. Европа пронизана ручейками и реками, как будто у неё кровеносная система, но только работающая в одном направлении. Лишняя вода вытекает из мокрой земли в море. Европа кишит сказочными существами - от гномов до водяных. Наше воображение без труда заселяет леса, реки и озёра мифологическими персонажами и колоритными божками. Почти все они территориальны, привязаны к определённым местам, своим индивидуальным лесам, болотам, горам, излучинам реки, деревьям, имеют "дом". Их сила - от места, где они живут.
На Ближнем Востоке их нет. Глупо было бы вообразить кобольдов или единорогов в Израиле. В Израиле природа - враг, в том смысле, что хорошо бы не оказаться где-нибудь подальше от помощи без воды в жаркий день. Тут нет мест, откуда дриада могла бы черпать свою силу. Никакой эльф не переживёт нашего лета. Лесная и пустынная живность справляется, но борьба за существование, беготня в поисках влаги не подобает нимфе или какому-нибудь божку-из-под-коряги.
Я не знаю, что делает мифологическое население Европы зимой в тех местах, где долго лежит снег. Наверно, часть из них впадает в спячку в уютных, хорошо спрятанных местах, кто-то цепенеет, кутается или разжигает костры, а некоторые любят холод. Я не сомневаюсь, что они без труда переносят зиму и не должны покидать свои места. Но в Израиле такая привязанность к месту невозможна. Конечно, и тут можно найти воду - в реке Иордан и озере Кинерет, в долинах на севере и оазисах на юге. Раньше в некоторых оазисах ещё жили полу-испарившиеся джинны с пересохшим горлом, жалкие реликты времён более влажного климата, высохшего между 10 и 3 тысячами лет назад. Но люди давно нашли все эти места и поселились там, так что если там когда-то и был кто-то другой, его давно выгнали. Когда заходишь в лес в Европе, картинки так и бегут в голове - кто там прячется? А нашим мерзлявым детям-израильтянам и в голову не придёт, что они могут спугнуть эльфа, приезжая в лес на шашлыки. Для них гномы - существа менее реальные, чем горожане - Супермен или черепашки-ниндзя.
Запреты на изображение живых существ на Ближнем Востоке - не следствие единобожия. И то и другое - следствие климата. Центральное положение изобразительного искусства в Европейской культуре и языческое прошлое индоевропейцев - от образов в головах людей, живущих на влажной земле. Сублимированные идеи Ближнего Востока - от того, что пейзаж не даёт достаточно пищи для воображения. Мысль легче освобождается от конкретного. Европейская культура основана на удивительной смеси этих двух состояний души. Физику приятно, что и в этом смысле для сублимации нужна жара, а для ярких картинок - холод.
1. Реки в наших головах
2. Гномы в наших глазах
3. Холод в наших костях
Если двигаться из Ближнего Востока на северо-запад, в Европу, то годовое количество осадков будет постепенно расти, а годовая испаряемость - падать. Где-то по дороге есть граница, до которой всё сохнет, а после которой - мокнет. Это - граница между культурами, черта оседлости. Европа пронизана ручейками и реками, как будто у неё кровеносная система, но только работающая в одном направлении. Лишняя вода вытекает из мокрой земли в море. Европа кишит сказочными существами - от гномов до водяных. Наше воображение без труда заселяет леса, реки и озёра мифологическими персонажами и колоритными божками. Почти все они территориальны, привязаны к определённым местам, своим индивидуальным лесам, болотам, горам, излучинам реки, деревьям, имеют "дом". Их сила - от места, где они живут.
На Ближнем Востоке их нет. Глупо было бы вообразить кобольдов или единорогов в Израиле. В Израиле природа - враг, в том смысле, что хорошо бы не оказаться где-нибудь подальше от помощи без воды в жаркий день. Тут нет мест, откуда дриада могла бы черпать свою силу. Никакой эльф не переживёт нашего лета. Лесная и пустынная живность справляется, но борьба за существование, беготня в поисках влаги не подобает нимфе или какому-нибудь божку-из-под-коряги.
Я не знаю, что делает мифологическое население Европы зимой в тех местах, где долго лежит снег. Наверно, часть из них впадает в спячку в уютных, хорошо спрятанных местах, кто-то цепенеет, кутается или разжигает костры, а некоторые любят холод. Я не сомневаюсь, что они без труда переносят зиму и не должны покидать свои места. Но в Израиле такая привязанность к месту невозможна. Конечно, и тут можно найти воду - в реке Иордан и озере Кинерет, в долинах на севере и оазисах на юге. Раньше в некоторых оазисах ещё жили полу-испарившиеся джинны с пересохшим горлом, жалкие реликты времён более влажного климата, высохшего между 10 и 3 тысячами лет назад. Но люди давно нашли все эти места и поселились там, так что если там когда-то и был кто-то другой, его давно выгнали. Когда заходишь в лес в Европе, картинки так и бегут в голове - кто там прячется? А нашим мерзлявым детям-израильтянам и в голову не придёт, что они могут спугнуть эльфа, приезжая в лес на шашлыки. Для них гномы - существа менее реальные, чем горожане - Супермен или черепашки-ниндзя.
Запреты на изображение живых существ на Ближнем Востоке - не следствие единобожия. И то и другое - следствие климата. Центральное положение изобразительного искусства в Европейской культуре и языческое прошлое индоевропейцев - от образов в головах людей, живущих на влажной земле. Сублимированные идеи Ближнего Востока - от того, что пейзаж не даёт достаточно пищи для воображения. Мысль легче освобождается от конкретного. Европейская культура основана на удивительной смеси этих двух состояний души. Физику приятно, что и в этом смысле для сублимации нужна жара, а для ярких картинок - холод.
1. Реки в наших головах
2. Гномы в наших глазах
3. Холод в наших костях
